search
top

Нинон де Ланкло

Анна де л’Анкло родилась в Париже в семье туренского дворянина Генриха де Ланкло и его супруги, урожд. Ракони. Уменьшительное имя «Нинон» ей дал в детстве отец, последователь философии Эпикура , который в 1632 г. за дуэль был выслан из Франции и умер. 10 лет спустя скончалась её мать, и Нинон отправилась в монастырь — только ради того, чтобы покинуть его через год.

 

Если знать, какой путь Нинон изберёт себе дальше, этот выбор монастырской карьеры вначале её жизни кажется странным. Но он был вызван тем же жизненным принципом, которым она будет руководствоваться всегда — Нинон собиралась оставаться не состоящей в браке и независимой. В дальнейшем, под влиянием философии эпикуреизма вообще и Монтеня в частности, Нинон посвятит свое бытие удовольствию — физическому и умственному.

В наследство Нинон получила большое состояние, которым сумела хорошо распорядиться, получая ежегодно 10 000 ливров ренты .

Возвратившаяся в Париж Нинон стала популярной фигурой в светских салонах того времени, и её собственная гостиная также стала центром споров о литературе и создания новых произведений. В начале 1630-х именно Нинон де Ланкло поощрила молодого Мольера — например, именно в её салоне он впервые прочёл своего «Тартюфа» , и он вывел её в «Мизантропе» в образе Селимены. (Уж не говоря о том, что в своём завещании она оставила средства для покупки книг 9-летнему сыну своего счетовода по имени Франсуа Мари Аруэ — который позже прославится под фамилией Вольтер ).

Именно в этот период началась её жизнь в качестве куртизанки . Нинон сменила череду богатых и знатных любовников, включая кузена короля Великого Конде , Гаспара де Колиньи (герцог Шатильонский, внучатый племянник адмирала Колиньи ), и Франсуа де Ларошфуко (принца де Марсийака). Нинон всегда окружали толпы поклонников, но возлюбленный у неё всегда был только один, и если он ей надоедал, она об этом говорила ему прямо и честно и брала другого. И такая была сила в подобной экстравагантности, что ни один мужчина не мог противиться своей отставке. «Единственное, что ему оставалось — радоваться, что ему ещё разрешили наносить Нинон визиты в качестве друга», — свидетельствовал Сен-Симон .

В любви Нинон руководствовалась по большей части велениями сердца — она отвергла 50 тыс. франков за ночь от кардинала Ришельё , заявив, что она «отдаётся, но не продаётся» (из воспоминаний графа де Шавеньяка). Cчитается, что денег Нинон со своих возлюбленных не брала никогда (в отличие от своей современницы Марион Делорм ), в подарок принимала от них только цветы, а свою репутацию куртизанки заслужила просто неприличным для незамужней девицы поведением. Тем не менее, Таллеман де Рео пишет: «Её любовников делили на три разряда: тех, кто платил и к коим она была совершенно равнодушна, терпя их лишь до поры до времени, пока они были ей нужны; на тех, кого она мучила, и любимчиков».

Подобный стиль жизни (тогда ещё не столь приемлемый, как это стало позже), а также её вольнодумство (мнение относительно религии) привели к тому, что по навету госпожи де Граммон и повелению регентши Анны Австрийской Нинон была помещена в женский монастырь Мадлонетт. Некоторое время спустя, тем не менее, узницу посетила Кристина , бывшая королева Швеции, которая вместе с Конде добилась от Мазарини освобождения Нинон.

В браке Нинон никогда не состояла, но родила от своих связей двух сыновей и дочь.

В качестве реванша Нинон де Ланкло стала писать произведения, в которых защищала свою позицию: достойная жизнь без какой-либо религии. Среди них особенно выделяется «Месть кокетки» (La coquette vengée, 1659 ). Она была отлично образована, знала итальянский и испанский языки , свободно ориентировалась в классической литературе, играла на лютне и клавесине . Кроме того, Нинон была также прославлена своими остроумными высказываниями. Рассказывают, что по просьбе Сент-Эвремона она написала свою биографию, умолчав, однако, о своих любовных историях: «Вот мой портрет, но только по пояс».

Начиная с конца 1660-х гг. Нинон понемногу оставила образ жизни куртизанки, сконцентрировавшись на своих литературных друзьях: в 1667 г. начинаются её приемы в отеле Сагонь (hôtel Sagonne) на улице Турнелль, № 36, вошедшем в историю как дом её литературных салонов (несмотря на то, что они собирались и в других зданиях). В эти годы она стала другом Расина .

Посетители её салона носили прозвище «турнелльских птиц». В их число входили: Фонтенель , Ларошфуко , Шарль де Сент-Эвремон , аббат Скаррон , Жан-Батист Люлли , Лафонтен , Филипп II Орлеанский , Антуан Годо , Антуан Гомбо, герцог Сен-Симон , граф Рабютен , Жюль де Клерамбо, аббат Шатонеф, Христиан Гюйгенс , Франсуа Буаробер , Шарль Перро , Шарль де Севинье (сын знаменитой мемуаристки ), Николя Буало и др.

Свет и даже королевский двор прислушивались к мнению остроумной Нинон, побаивались её острот. Даже Людовик XIV по поводу всевозможных событий интересовался «А что сказала об этом Нинон?».

Позже она стала близкой подругой Франсуазы д’Обиньи, более известной как мадам де Ментенон , фаворитки, а затем второй жены Людовика XIV . Нинон скончалась в возрасте приблизительно 82 лет очень богатой женщиной. До старости она сохраняла красоту — например, барон Сигизмунд Банье долго не соглашался посетить её салон, считая, что 70-летняя дама никак не может ему оказаться интересной. Когда же он наконец познакомился с де Ланкло, он сразу захотел стать её любовником. А проведя с нею ночь, был готов поклясться, что ей не более восемнадцати. Вскоре барон был убит на дуэли одним из отвергнутых соперников.

клубные новости

Похожие записи:

Комментарии закрыты

top